Управление корпоративных коммуникаций УлГТУ
информация о жизни корпораций Ульяновской области
             

Симбирская Долина. Как в Ульяновске создали с нуля и развивают ИТ-отрасль мирового уровня

19.01.2018

Ульяновский ИТ-кластер – результат многолетнего сотрудничества государства и ИТ-специалистов. Тесное взаимодействие образования и бизнеса, финансовая поддержка со стороны властей, а, самое главное, умение договариваться и находить общие цели – это то, что позволило за десять лет создать на территории Ульяновской области один из ключевых центров информационных технологий современной России.

Случайностей не бывает. Глядя на вращение мириадов жизненных шестеренок, иногда начинает казаться, что рассыпаны они случайным образом и вертятся невпопад. Но это, конечно, иллюзия. Вы можете поверить мне на слово. А можете съездить в Ульяновск, чтобы убедиться в отсутствии случайностей на практике.

В советское время малая родина Ильича была на слуху, и туда возили со всей страны. Но уже в начале девяностых все кончилось, и, боюсь, значительная часть россиян моложе тридцати даже и не знает – где Ульяновск находится и почему так называется? Самое время вспомнить, хотя и по другому поводу.

Город контрастов

Насколько красиво Поволжье летом и зимой (да и ранней осенью), настолько неприглядным оно становится со второй половины октября. Серая река совсем не радует глаз, а милосердный снег еще не прикрыл опавшие листья и приметы нерадивости городских служб. В богатых городах (здесь я в первую очередь говорю о Казани) осенняя серость отчасти компенсируется архитектурными изысками, а в остальных приходится набраться терпения и ждать прихода зимы.

Ульяновск – город небогатый. И, в отличие от соседей, не пытается пустить пыль в глаза, демонстрируя обратное. Главная улица Ульяновска носит имя не Ленина, а Ивана Гончарова, великого русского писателя. Его бывший дом до сих пор цел, а сам писатель покинул Симбирск в 10-летнем возрасте и сделал в Петербурге недурную карьеру в качестве цензора. Даже в теплое время года Гончарова очень популярна для прогулок, а уж в ноябре, когда на набережной, находящейся на обрыве, дует пронизывающий ветер, особых альтернатив бывшей Большой Саратовской и нет. Привычке прогуливаться по Гончарова много лет, ведь до начала 50-х гг. прошлого века она оставалась единственной асфальтированной улицей Ульяновска.

Гуляя по мрачноватому городу, можно впасть в грех уныния, но я бы очень не советовал это делать. Просто потому, что обидно приунывать, когда идешь по одному из ключевых центров информационных технологий современной России.

Это не художественное преувеличение. На территории Ульяновской области вообще и Ульяновска в частности работает около 200 ИТ-компаний, не меньше 50 из которых имеют серьезный вес на мировом уровне. Например, SimbirSoft входит в ТОП 500 крупнейших разработчиков мира, а систему управления интернет-магазином CS-Cart, разработанную ульяновской Simtech, применяют 35 000 компаний в 170 странах. Если же смотреть чуть ближе, то вполне возможно, что формирование ежемесячной квитанции оплаты услуг ЖКХ произошло не без участия компании АИС Город, центральный офис которой находится в Димитровграде Ульяновской области. Прямо сейчас в Ульяновске готовы нанять на зарплаты, мало отличающиеся от московских, 1000 программистов, 150 менеджеров и 100 тестировщиков. Это остро необходимые кадры, без которых компании сегодня теряют миллиарды рублей, отказываясь от заказов. Если же этот голод удовлетворить…

А началось все с того, что в администрации области решили придумать какую-то альтернативу газу и нефти, которые в окрестностях Ульяновска замечены лишь в гомеопатических количествах и на роль локомотива региональной экономике никак не тянут.

Кластер вместо нефти, или Верхи хотят

Как часто бывает, в отсутствие нефти задумались о развитии ИТ в регионе. Рассуждения на эту тему мы уже слышали чуть ли не от каждого главы недостаточно нефтеносного региона, но дальше слов «Смогли же в Израиле, значит сможем и мы» обычно почему-то нигде не идет. Ну, максимум, проведут разок пафосную конференцию «про инновации» с завозом столичных блогеров, да и успокоятся.

В Ульяновске все было не так. Окинув взглядом уже имеющийся ИТ-ландшафт, решили создавать ИТ-кластер, вдохновляясь при этом примерами Банголора (Индия), Кремниевой Долины (США) и Эйндховена (Нидерланды). Но без этой сладкой словесной мишуры про «наш русский Windows» или «убийцу iPhone», за которыми обычно скрывается простое желание освоить бюджет. Нет, здесь задумались о том, как создать в области индустрию аутсорсинга, работающую не только на Россию, но и на всю планету. В конце концов, чем Ульяновск хуже Банголора? Положа руку на сердце – ничем. Наоборот – лучше.

Работа над созданием кластера началась около 10 лет назад, когда нынешний губернатор Сергей Морозов был предложен Владимиром Путиным местному законодательному собранию для утверждения на новый пятилетний срок. До этого Сергей Иванович успел победить на выборах губернатора в 2004 г., набрав 52,81% голосов, а в 2000 г. он также по итогам выборов стал мэром Димитровграда.

Для начала звали айтишников в гости через кафедры УлГТУ, поговорить. Спрашивали – чем помочь? Айтишники недоуменно отнекивались: «Да не надо нам ничего, только не трогайте». Но постепенно стали входить во вкус. Кто-то попросил землю под офис. Кто-то смотрел дальше – намекнул на оптимизацию налогообложения. При губернаторе действует постоянный совет по развитию ИТ, где собираются не просто ритуально поговорить, а решить вполне конкретные вопросы. В результате сегодня все ульяновские компании, входящие в реестр Минкомсвязи (а таковых на ноябрь 2017 г. – 93) платят по российским меркам очень мало. При классической модели налогообложения – только 13% в федеральный бюджет и никаких местных налогов, а при выборе налога на вмененный доход (ЕНВД) – 1%. И все. Возможно, именно поэтому число желающих попасть в реестр Минкомсвязи так велико, меньше, чем за год прирост в два с нелишним раза. И даже при таком щадящем подходе в нынешнем году ИТ-компании заплатили полмиллиарда рублей.

Средняя зарплата в компаниях-лидерах составляет p80 тыс., в остальных 45–50 тыс. Москвичи, не надо морщиться. Во-первых, это именно средние цифры, звезды получают больше. В Москве тоже не у всех по 300 тыс. в месяц выходит. Во-вторых, цены в Ульяновске немного другие. Есть товары, которые везде стоят одинаково (еда, одежда и техника), но, к примеру, хорошую однушку можно купить за p900 тыс. Молодым ИТ-специалистам правительство области подкидывает на первый взнос по ипотеке p150 тыс. при условии, что работодатель выделяет столько же. 300 тыс. – отличное начало, не правда ли? Плюс к тому, если ты живешь дома, а не едешь за тридевять земель, вопрос покупки жилья может и вовсе не встать. Волга и Свияга прилагаются в качестве бонуса. До Казани всего 220 километров, до Самары 240. Многие ездят погулять на выходных.

По решению губернатора в 2016 г. был создан Фонд развития интернет-технологий, учредителями которого являются ИТ-компании, и они же входят в попечительский совет, отвечающий за распределение средств. В первый год в нем было p2,8 млн государственных денег, в 2017 г. уже 5 млн. Сами компании в этом году внесли 10 млн. На 2018 г. планируется внести в фонд p13 млн только со стороны правительства области. На средства фонда проводится весьма широкий спектр мероприятий, среди которых, к примеру, летние лагеря для учащихся 7-11 классов. Причем не только для тех, кто уже более-менее определился со склонностью к точным наукам, но и для обычных детей, которым просто интересно узнать побольше про ИТ. Важный момент – это не только ульяновцы. Например, в этом году приезжали ребята из Самары, Ижевска и Пензы. Организаторы сделали максимум возможного, чтобы у них появилось желание в будущем поступить в ульяновский политех.

Скромные лидеры ульяновской ИТ-аномалии

Так кто же эти люди, формирующие ульяновский ИТ-кластер? Чтобы посетить все местные ИТ-компании потребуется не одна неделя. Я начал с визитов к флагманам, и даже их обойти за время командировки оказалось задачей непростой.

Офис SimbirSoft расположен в центре Ульяновска, выглядит он очень солидно и комфортно, хотя сотрудники на сайтах, где обсуждают работодателей, жалуются на отсутствие спортзала. Последнее можно считать показателем того, какие требования предъявляют ульяновские айтишники к местным компаниям.

SimbirSoft – сервисная компания, оказывающая услугу по созданию ИТ-решений очень разным заказчикам. Илья Каштанкин, генеральный директор, говорит, что 16-летний опыт позволяет обеспечивать нужный клиенту продукт за максимально короткий срок и по разумной цене. Исторически 100% клиентов SimbirSoft были из-за рубежа. Начиналось все в 2004 г. с проекта с токийский банком, которому разработали систему доступа и внутренний портал для сотрудников. Потом были клиенты в США, Израиле, Великобритании. Илья вспоминает эпизод, когда команда ульяновских программистов срочно вылетела в Индию, где случился интернациональный коллапс. Калифорнийский стартап нанял компанию из Дании. Датчане привлекали в качестве субподрядчиков литовцев. Литовцы, в свою очередь, наняли индусов. А у последних, скажем так, не получилось. И ситуацию спасли ульяновцы.

Зарубежные клиенты не только были, но и есть. Но российский рынок тоже в последнее время бурно растет, SimbirSoft вышел на него пять лет назад, и сегодня российские клиенты превалируют в доле доходов. В работе сейчас 60 проектов, в штате 400 сотрудников. Головной офис находится в Ульяновске, центры разработки в нескольких городах России, есть филиал в США.

«Если не считать Москву и Петербург, достаточно высокая концентрация ИТ-компаний наблюдается в Екатеринбурге и Новосибирске, – говорит Илья Каштанкин. – Ну и, конечно, Ульяновск выглядит, как ИТ-аномалия, в хорошем смысле. Раньше у нас была возможность конкурировать за счет более низких расходов на заработную плату. Но сегодня конкуренция настолько высока, что зарплаты в ИТ-отрасли Ульяновска вышли на уровень Петербурга. Поэтому ради денег в столицы никто не едет. Скорее, центрами притяжения стали Чехия и Германия».

Офис другой серьезной компании, Simtech, находится на левом берегу Волги, недалеко от завода «Авиастар». Внешне здание выглядит вполне обычно, но внутри встречает свежий высококлассный ремонт и да, здесь доделывают собственный спортзал.

Артем Гавришин, генеральный директор Simtech Development, рассказывает, что компания сосредоточена на электронной коммерции, и с самого начала ориентировалась на международный рынок. В России работа ведется, однако ресурсов на развитие внутри страны пока требуется многовато. Основные деньги в отечественном e-commerce сосредоточены в Москве и Петербурге с соответствующими издержками ульяновской компании, но при этом речь все равно идет об относительно небольших суммах по сравнению с мировым рынком.

Началось все с платформы CS-Cart, которая сегодня используется в 170 странах. Одновременно с разработкой самой платформы возник отдел системной интеграции, который кастомизирует ее под конкретные запросы клиентов. Из отдела затем выросла компания Simtech Development, со временем превратившаяся в группу компаний. Сейчас Simtech зашла в Shopify (лидирующую e-commerce платформу в США), BigCommerce и Magento. Разрабатывается система интеллектуального поиска Searchanise – полезный сервис, который помогает интернет-магазинам повышать конверсию. Она уже набирает популярность в Shopify.

В группе компаний сегодня работает около 120 человек. Есть много незакрытых вакансий. Зарплата у дефицитных специалистов соответствует московской. И есть идея постепенно перейти от продажи рабочего времени сотрудников, как это де-факто происходит сейчас в Simtech и SimbirSoft, к продаже готовых продуктов.

«А вообще я очень люблю Ульяновск, здесь крайне комфортно жить, – говорит Артем Гавришин. – В Москве больше трех дней находиться не могу, за границей тоже долго быть не радует. То же самое говорят и многие коллеги. Вода, лес, хороший воздух, нет страшных пробок, как в соседней Самаре. А в последнее время и с хорошими ресторанами ситуация наладилась».

Чтобы познакомиться с компанией АИС Город, придется потратить чуть больше времени. Главный офис (тоже просторный, с прекрасным ремонтом, но, кажется, пока без спортзала) находится в Димитровграде, это примерно в двух часах езды от Ульяновска. Автобусы ходят часто, и дорога неплохая, однако каждый день кататься трудновато. Впрочем, ядро компании – димитровградцы, а ульяновец Павел Мальков, руководитель АИС Город, переехал сюда после института и обратно не собирается. «Да вы посмотрите – как тут хорошо!, – говорит он. – Внуки прилетают из Петербурга и спрашивают – дедушка, почему ты живешь в лесу? У нас всех есть машины. Утром проснешься и думаешь – куда в магазин поехать? Хочешь в Самару, хочешь в Казань».

Компания начала работать в 2004 г. Сегодня АИС Город – один из ведущих российских разработчиков программного обеспечения в системе ЖКХ. «До 2004 года все занимались торговлей компьютерами, и я в том числе, – рассказывает Павел Мальков. – И мне тогда казалось, что программирование, кроме программирования для 1С, умерло. Но появился спрос на заказной софт, появился рынок – и с ним возможность зарабатывать на том, чему меня учили в Политехе. На информационных технологиях».

Большинство клиентов – муниципальные системы, системы в области ЖКХ и управления предприятиями ЖКХ. Есть продукт для ГИС ЖКХ. На настоящий момент продукты АИС Город обслуживают около 3 млн лицевых счетов. Полностью обеспечивается работа рассчетно-кассовых центров в пяти регионах России. Вообще же география внедрения от Белгорода до Южно-Сахалинска и от Мурманска до Грозного. Естественно, высока плотность присутствия в Поволжье. Основной отдел сопровождения всех продуктов АИС Город находится в Ульяновске, но разработка в основном димитровградская.

Разработав личный кабинет пользователя услуг ЖКХ, в АИС Город нашли возможность показать – за что именно платят жильцы. Сегодня такой кабинет вполне обычное дело, но не в 2007 г., когда вышла первая веб-версия. Внедряя свои продукты в различных регионах России, разработчики «подсматривают» интересные идеи, использовавшиеся в самописных решениях, и добавляют к себе. Каждое внедрение, таким образом, очень обогащает продукт, делая его функциональнее и удобнее. Сейчас при оплате можно даже изменить сумму по любой услуге, или даже вообще не платить за нее. Но это, конечно, не значит, что потом не придется разговаривать об этом с управляющей компанией.

Среди новых разработок – диспетчеризация приборного учета. В Димитровграде практически повсеместно домовые приборы и датчики сами отправляют информацию в систему, и можно на экране компьютера увидеть полную картину происходящего в городе. Конечно, житель может посмотреть картину только по своему дому, но правительство, ресурсные и управляющие компании видят все целиком. Аварийная ситуация становится заметной не после звонка возмущенного гражданина, а, например, по беспричинному снижению температуры внутри дома. Также система контролирует качество услуг. Если температура горячей воды ниже уровня, предусмотренного законодательством, автоматически происходит перерасчет тарифа. Запуск системы также позволил выровнять температуру в домах, исключить недотопы и перетопы.

«Все идет к тому, что счетчики будут сами отправлять всю информацию напрямую, и необходимость самостоятельного сбора показаний исчезнет, – говорит Павел Мальков. – Уже сейчас такие решения есть, осталось сделать их дешевле и надежнее».

Я не успел заехать в IТech.group, Fun-Box, Mediasoft и другие ульяновские компании. Однако увиденного вполне хватило для первого, весьма сильного впечатления. Люди хотят работать и зарабатывать у себя дома, никуда не уезжая. Они вкладываются и в недвижимость, и, особенно, в человеческий потенциал. Сотрудники сейчас в цене.

Кадры решают все

В начале двухтысячных источниками кадров для ульяновских разработчиков стали оборонные предприятия и первые профильные выпуски УлГТУ. Вообще, успех ульяновского ИТ, по мнению моих собеседников, можно считать следствием очень удачного стечения обстоятельств. Это и концентрация в городе университетов с техническими специальностями, и слаборазвитая экономика с низкими зарплатами. ИТ было реальной отдушиной на фоне общей ситуации в городе.

«Именно Политех с его фундаментальными знаниями и заслуженными преподавателями привил мне любовь к тому, чем я занимаюсь до сих пор, – говорит Павел Мальков. – Вообще, успехи ульяновских ИТ, по моему мнению, базируются на высочайшем уровне преподавания в УлГТУ. Университет очень вовремя открыл ИТ-специальности, и выпускники по ним оказались сразу же востребованными».

«Мы ведем подготовку специалистов для ИТ-индустрии настолько давно, что в нашем университете даже была специальность на радиотехническом факультете «Электрические и механические счетно-решающие машинные устройства». Потом она стала называться «Электронные вычислительные машины». Но специальность была всего одна и, конечно, не делала погоды, – рассказывает Надежда Ярушкина, заведующая кафедрой «Информационные системы» УлГТУ. – Мы спохватились пятыми в стране и создали профильный факультет информационных систем и технологий в 1995 году. Но сфера образования довольно инерционна. Тогда был пятилетний цикл обучения и вот, получается, мы взяли ребят на три специальности, которые пришли на рынок только в начале 2000-х. И, наверное, до 2005 года шла просто наработка критической базы специалистов для региона. Это, подчеркну в ситуации большого оттока кадров в Москву и Санкт-Петербург».

«Основное ядро ульяновских стартапов создано выпускниками УлГТУ и в частности факультета информационных систем и технологий. Это результаты трудов В.В. Шишкина, Н.Г. Ярушкиной, В.А. Мишина и других преподавателей, – считает Артем Гавришин. – Власть вмешалась в нужный момент и стала очень хорошо помогать. Одни налоговые льготы чего стоят! В соседних регионах пытались повторить ульяновские наработки, но получается не очень. Даже заливание деньгами не помогает. Ведь у нас идет движение навстречу, и снизу, и сверху – и поэтому такой результат. Когда только с одной стороны – не работает».

Но в столицах быстро заметили, что ИТ в Ульяновске развиваются, и сюда пришли филиалы компаний уровня IBS. Дефицит кадров из мелкого раздражителя превратился в проблему, угрожающую бизнесу. И даже большие налоговые льготы не могли решить проблему. Необходимо было действовать вместе.

«Мы сейчас растем примерно на сто человек в год, и «производительности» ульяновских вузов нам недостаточно. Плюс существует парадокс: большинство действительно сильных экспертов в нашей отрасли не дружат с английским, а те, кто говорить на нем свободно, не всегда обладают достаточно глубокой экспертизой, – говорит Илья Каштанкин. – Поэтому у нас есть собственная площадка ИТ Place, где мы занимаемся переквалификацией людей из смежных отраслей. За время существования площадки мы подготовили около 3000 человек, не все из которых работают в SimbirSoft. Так что помогли и региону».

«Когда возник дефицит кадров, мы стали вкладываться в профориентацию и образовательные активности. Сначала пошли на старшие курсы вузов, потом на первые, а сейчас и в школу, – рассказывает Артем Гавришин. – Я – соучредитель центра «Инженерка» для дошкольников. Прямо в садиках работаем, представляете? И это не просто «развивайка» очередная, а достаточно серьезные вещи. Например, перед тем, как слепить что-то, дети готовят материал для лепки. Учим их управлять рычагами. В 44-й школе мы с УлГТУ создали кружок программирования. По нашим рекомендациям в Фонде развития интернет-технологий заложены средства на приглашение преподавателей по блокчейну и большим данным».

Фонд, о котором говорит Артем, и который уже упоминался в этой статье, возник не на ровном месте. Сначала сами компании создали в Ульяновске две ассоциации, в которых велась работа по решению собственных задач. И только потом уже они объединились в фонде вместе с вузами и правительством.

Сегодня перед ИТ-бизнесами Ульяновской области и областным правительством стоит задача изменения нагрузки на преподавателей информатики в школах, чтобы у них была полная ставка, а не довесок к преподаванию математики или другого предмета. Только так человек будет развиваться в профессии, вкладываться в нее. А ведь именно с преподавателя информатики часто и начинается интерес к ИТ-специальностям. Иначе получается странное: государство готовит учителей, после которых студентов надо переучивать сначала вузу, а потом и коммерческим компаниям. Слишком много ресурсов тратится впустую, и рачительных ульяновцев это очень волнует.

Есть и еще один момент. Начинать «агитацию» за выбор ИТ-специальностей надо сильно заранее, еще в 6-7 классах. А родители детей – родом из девяностых, и у них до сих пор успешность означает в первую очередь работу в банке или большой корпорации, а никак не в разработке ПО. Ребят, плотно изучавших в школе физику, математику и информатику, объективно мало. Менять отношение приходится, что называется, личным примером.

«Наши бывшие выпускники, работающие в ИТ, с удовольствием помогают нам. Но приходится немного… корректировать информацию, представляя их, – улыбается Надежда Ярушкина. – Мы говорим, что они успешные предприниматели в ИТ-сфере, а не просто ИТ-эксперты. Иначе достучаться бывает трудно».

Ульяновские IТech и SimbirSoft создали в УлГТУ свои базовые кафедры. На них есть все – и эксперты, читающие лекции, и стажировки. Раньше на работу брали только с третьего курса, но в последнее время уже есть прецеденты и с второкурсниками. Здесь возникает противоречивая ситуация: с одной стороны здорово, что ребята набираются опыта. С другой, у некоторых из них возникает ощущение, что они уже все необходимое знают, и учеба теряет важность. Копятся «хвосты». «Если не дать человеку определенный уровень базового образования, он «не взлетит». На одной освоенной технологии нельзя жить всю жизнь, – уверена Надежда Ярушкина. – Молодые люди недооценивают важность базовых знаний, а потом рано уходят из профессии, не справившись с изменениями. Приходится работать через тимлидеров в компаниях, авторитет которых де-факто становится для молодого человека выше, чем преподавательский».

Путешествие из Ульяновска в Симбирск и обратно

Мы уже близки к кульминации, но перед тем, как придет ее черед, давайте вернемся назад. Далеко назад. Ульяновск, в девичестве Симбирск – город с богатой историей, и чудеса в его истории уже случались. Правда, немного другого рода.

Как и многие приволжские города, Симбирск был основан в качестве крепости, призванной защищать границы от набегов кочевников. В данном случае речь шла о границах восточных. Вскоре после основания крепость выдержала осаду войска Степана Разина, причем сам Разин был в этом бою ранен и после него уже не смог восстановить как свои силы, так и войска. Еще сотню лет спустя в Симбирск привезли другого бунтовщика, Емельяна Пугачева, для допроса которого в город пожаловал сам Александр Суворов. Но в целом, если говорить откровенно, в Симбирске мало что происходило. Наверное, живи здесь Аркадий Гайдар, он мог бы написать знакомые с детства строки именно о Симбирске: «Городок наш был тихий, весь в садах, огороженных ветхими заборами. В тех садах росло великое множество «родительской вишни», яблок-скороспелок, терновника и красных пионов. Сады, примыкая один к другому, образовывали оплошные зеленые массивы, неугомонно звеневшие пересвистами синиц, щеглов, снегирей и малиновок».

Близость к Волге и Свияге, к сожалению, не спасала от ужасных пожаров, несколько раз фактически уничтожавших город в XVII и XVIII веках. Последний большой пожар случился незадолго до рождения Ленина, в 1864 г. Три четверти города исчезли. И когда семья Ульяновых переехала в Симбирск в 1869 г., никакие деньги и связи не помогли найти жилье, достойное генеральского статуса отца вождя мирового пролетариата. Поэтому скромный флигель, где родился Ильич, туристам советского периода показывали с чуть большим энтузиазмом, чем усадьбу, купленную семьей через восемь лет. Еще бы – 250 квадратных метров жилой площади и половина гектара земли. Даже по нынешним благодатным временам это очень неплохо. Летняя кухня, каретный сарай, фруктовый сад, поле для крикета… Как сказал бы Остап Бендер, предводитель пролетариата жил, однако, в пошлой роскоши.

Справедливости ради, Владимир Ильич до поры и не интересовался чаяниями низших классов. Как положено сыну состоятельных родителей, он учился в хорошей гимназии, где директорствовал отец его будущего оппонента, Федор Керенский, много читал, с младых ногтей полюбил охоту и часто прогуливался с ружьишком. Как говорится, все могло сложиться иначе.

Но старший брат Александр увлекался химией. Любил ставить опыты в той самой летней кухне. И это приметили революционеры, которых в изрядном количестве ссылали в Симбирск из столиц. Это же только советская пропаганда и американские фильмы убеждают нас в том, что при царе инакомыслящих, чуть что, отправляли в Сибирь. На самом деле градаций инакомыслия было несколько, и тех, кого считали не очень опасными, отправляли подумать о жизни в Симбирск. Кто-то благополучно спивался от скуки или обзаводился многочисленным семейством, а кто-то продолжал готовить революцию. Романтичный юноша Саша был охмурен очень быстро, и вскоре в летней кухне он начал не только экспериментировать с жидкостями, но и читать запрещенную литературу. Химик симбирским революционерам, как мы понимаем, нужен был не для прославления будущей революционной науки, а для изготовления бомб.

Жизнь семьи обрушилась в 1886 г., когда скоропостижно умирает отец, Илья Николаевич. В марте 1887 г. арестовывают Александра Ульянова, который, учась в Петербургском университете, вместе с коллегами по революционной борьбе планировал убить царя Александра III. По молодости лет его могли помиловать (несостоявшемуся бомбисту было всего 21), но Александр сначала наотрез отказывался написать прошение на высочайшее имя, а потом написал его в таком пренебрежительном стиле («если повесите меня, мне-то все равно, а маменьку жалко»), что до царя послание даже не дошло. Улики были исчерпывающими, суд скорым, и уже в мае юношу повесили. Именно тогда флегматичный и замкнутый Владимир под влиянием сильнейшего стресса здорово переосмыслил жизненные ценности. Как ни кощунственно это звучит, но чуть ли не сильнее смерти брата на мировоззрение юноши повлияло резко изменившееся отношение окружающих. Семья Ульяновых была уважаемой в городе, ее радушно принимали соседи и сослуживцы отца, да и сами часто захаживали в гости. После известия об аресте Александра Симбирск отвернулся от Ульяновых. Даже, казалось бы, проверенные друзья семьи разорвали связи. Когда матери разрешили свидание с арестованным сыном и понадобился попутчик до Санкт-Петербурга, Володя обежал всех знакомых – и везде получил отказ.

Возможно, именно поэтому после поступления в Казанский университет (положительную характеристику на него написал все тот же Федор Керенский, сохранивший теплые чувства к бывшему начальнику) Владимир Ильич навсегда уезжает из Ульяновска. После 17 лет он ни разу не был на малой родине, хотя бы ради посещения могилы отца. Другие дети, впрочем, зла не держали, и много сделали для создания в Ульяновске (уже именно Ульяновске) музея великого брата.

Незадолго до Великой Отечественной в Ульяновске, который по всем признакам должен был остаться в будущей войне в достаточно глубоком тылу, начали строить несколько военных заводов, но не успели закончить. Из местных производств на нужды фронта работал патронный завод имени Володарского, обеспечивавший до половины потребности в патронах для очень разных типов вооружения, от пистолетов до крупнокалиберных пулеметов. Также в Ульяновск был эвакуирован завод имени Сталина, на базе которого в дальнейшем был создан Ульяновский автомобильный завод, много лет производивший настоящие внедорожники для советской армии (и пытающийся это делать до сих пор для российской).

В конце семидесятых на левом берегу Волги начали строить авиационный промышленный комплекс, где в 1985 г. выпустили первый АН-124 «Руслан». Новое мышление и безудержная демократия существенно притормозили развитие комплекса, однако его смогли сохранить, и сегодня это мощное предприятие, разрабатывающее и выпускающее современные самолеты. Для сравнения в соседнем Саратове строящиеся самолеты порезали на металл, цеха снесли и на их месте весело строят многоэтажки. Удивительно, но вся мощь немецкой авиации во время Великой Отечественной померкла перед работой мирных, но очень эффективных менеджеров. Тогда, во время страшного налета, люфтваффе уничтожили только 70% завода. В мирное время свои угробили целиком.

Рачительный ульяновский подход помогал в XX веке, помогает и сегодня. Мы возвращаемся обратно в 2017 г., чтобы еще раз взглянуть на удивительное единение властей и бизнеса во благо ИТ.

Двигатель прогресса

Светлану Опенышеву в Ульяновске знает каждый, кто имеет хоть какое-то отношение к информационным технологиям. И отзываются о ней если не с любовью, то с уважением. Сегодня Светлана директор корпорации развития ИТ в Ульяновской области и советник губернатора. С Сергеем Морозовым они работают над развитием ИТ-кластера уже 11 лет. В разговоре с ней выясняется, что собеседница одновременно видит всю картину происходящего сверху, и в то же время мгновенно спускается до разбора мелких деталей.

В этом году 584 студента закончили ульяновские вузы по техническим специальностям, из них 525 учились на бюджетных местах. По данным на октябрь трудоустроились 381. Причем в УлГТУ не нашли работу всего 1 или 2 человека, потому что в основном ребята там начинают работать уже с 3 курса. После УлГУ многие идут в аспирантуру или армию.

В Ульяновский государственный педагогический университет в нынешнем году на специальность «Математика и информатика» поступило 26 человек, на «Физика и информатика» 12 человек, на «Технологии и информатика» 27, на «Начальное образование и информатика» 20 человек. Выпуск преподавателей информатики в 2017 г. составил 85 человек, из которых трудоустроено 55. Из остальных 11 ушло в армию и 14 продолжили обучение в аспирантуре.

Кстати, в области идет переподготовка уже работающих преподавателей информатики. И не для красоты, не для галочки, а вполне серьезная. Согласно отчету по одному из недавних курсов повышения квалификации, из 25 поступивших на курс сертификат получили только 19.

«Два года назад на базе УлГТУ мы создали тренировочную базу по киберспорту. Ни у кого такой не было, да и сейчас это большая редкость, – рассказывает Светлана Опенышева. – У нас стоит 20 геймерских компьютеров, есть площадка, где по выходным проходят мероприятия, есть аттестованный судья и комментатор Алексей Кушниренко. Сотрудничаем с московской лигой киберспорта, на следующий год планируем отправить ульяновскую команду на всероссийскую студенческую лигу. В ближайших планах создание школьной лиги по киберспорту, но с одним важным условием: допуск к турнирам возможен только после сдачи норм ГТО и экзамена по истории родного края. Такого, чтобы просто сидеть в кресле сутками и забросить реальную жизнь, не получится.

В УлГТУ, как я уже говорила, большинство студентов ИТ-специальностей начинает работать на третьем, а то и на втором курсе. В УлГУ такого нет. Это, конечно, не дело, потому что после окончания вуза они придут в ИТ-компании, попросят для начала 30–40 тысяч, а им никто не даст. Вот если параллельно с учебой – по утрам или по вечерам – поработать, набраться опыта, тогда и отношение будет совершенно другим. А может и вообще не потребуется работодатель, создадут что-то свое. Буквально на днях я организовала встречу 60 студентов 3–4 курсов Ульяновского государственного университета и 10 наших ИТ-компаний, которым нужны сотрудники. Думаю, дело сдвинется.

Добиться такого уровня взаимодействия компаний и власти было, мягко говоря, непросто. В ИТ привыкли, что государство их не очень понимает, а раз так – лишь бы не лезли лишний раз. Этот лед недоверия пришлось 10 лет назад ломать – долго и аккуратно. В принципе, можно существовать параллельно. Но даже очень успешная региональная компания в ходе развития неизбежно сталкивается с нехваткой кадров, а их нельзя подготовить в ощутимых количествах без участия государства. Значит нужно работать вместе, чтобы появились новые сотрудники».

Дорога в будущее по-ульяновски

Видимо, это какая-то симбирская особенность – не обращать внимания на текущие трудности и думать о том, как жить в будущем. Нет, серьезно. В 1920 г. Владимир Ленин подписал план ГОЭЛРО, который, вопреки сложившемуся мнению, подразумевал не только электрификацию страны, но и развитие экономики в целом. Согласно плану, количество электростанций за 7 лет требовалось увеличить более, чем в 10 раз, а число электрифицированных населенных пунктов в 160.

В стране идет гражданская война, ее терзают как свои, так и чужие. Но Ленин на полном серьезе думает о том, как жить дальше. И действует. Все вокруг крутят пальцем у виска: что за увлечения фантастикой, когда вокруг такое творится? Тем не менее, план был утвержден и выполнен. Правда, Ленин не дожил.

Идея о том, чтобы развивать в регионах ИТ, посещала многие чиновные головы. И вроде даже что-то делали. Но нехватка кадров ощущалась уже 10 лет назад. И потихонечку она придушила многие робкие начинания. Например, неплохой ИТ-кластер вроде бы сформировался в соседней с Ульяновском Пензе, но в последнее время о нем почти не слышно.

Ульяновский подход с самого начала включал заботу о завтрашнем дне. О том, что делать через пять лет, через десять. И да, с кадрами туговато. Но это не катастрофа, а, скажем так, рабочие моменты. И все знают, какие действия надо предпринять для их исправления. Собственно, и предпринимают.

Я начал с утверждения, что случайностей не бывает. И, конечно, ульяновский феномен – это никакая не случайность, а результат труда многих людей – как упомянутых в этом тексте, так и оставшихся за кадром. Но в том, что люди эти собрались вместе, договорились и терпеливо работают рука об руку так долго, есть элемент чуда.

Побольше бы таких чудес в России.

Сергей Вильянов

Автор благодарит за помощь в подготовке материала

Вадима Викториновича Шишкина, Ярослава Егорова и Виктора Насочевского